Мерило доброй воли

Мерило доброй воли

 

«Мерило народа не то, каков он есть, а то, что <он> считает

прекрасным и истинным, о чём <он> воздыхает» — Ф.М. Достоевский.

 

Конституцией в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина, в т.ч. свобода мысли и слова, свобода совести, вероисповедания и образования, согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, но, не нарушая равные права и свободы других лиц.

Причинами конфликтности, социальной напряжённости могут быть: отсутствие или неполнота необходимой информации, условия препятствующие получению и использованию информации, и несовершенное законодательство. Несоответствие слов делу, неисполнение признаний и торжественных деклараций прав и свобод практическим осуществлением вследствие «скрытого» умысла, обуславливающего коррупционный характер строя общества, несёт горе и страдание народу. Это происходит при несоответствии оглашаемых мер (слов закона) или неопределённых оглашений реальному состоянию жизни общества. Определённый замысел всегда есть, он скрыт в умолчании, и в жизненную реальность воплощаются не оглашения, а умолчания. Истории известно, как средневековые геостратегические замыслы российских учёных от национальной политики воплощались в жизнь, игрой законодательных и исполнительных мер:

1. Закон + правильное исполнение = правовое общество.

2. Закон + неисполнение = преступление.

(Закон РСФСР от 26.04.1991 № 1107-I «О реабилитации репрессированных народов»; Постановление ВС СССР № 845-1 от 28.11.1989 + неисполнение их = преступление).

3. «Неправильный закон» + «исполнение» = преступление.

(Репрессивные акты + выселение 18.05.1944, геноцид в спецпоселении = преступление;

Референдум 20.01.1991 о воссоздании Крымской АССР и проведённый диаспорами русско-украинских переселенцев = незаконный, преступный, – дезавуирован 12.02.1991 Законом УССР «О восстановлении Крымской АССР», но не наполнен адекватно содержанием, т.е. не исполнен).

При этом пропаганда СМИ, поучает репрессированный крымскотатарский народ быть «многонациональным», «толерантным», непротивлению (злу) несправедливой национальной политике – деполитизировать деятельность общественных организаций. Так правительства Российской Федерации и Республики Крым не исполняют нормативно-правовые акты СССР, РСФСР, РФ по восстановлению национальной целостности, равноправия и суверенности крымскотатарского народа на своей родине в Крыму. – И в т.ч. Закон РСФСР № 1107-1 от 26.04.1991 «О реабилитации репрессированных народов», – конкретно в отношении крымскотатарского народа, в т.ч. восстановление функционирования его языка – государственного языка Крымской АССР.

Федеральный закон от 29.12.2012 № 273-ФЗ (ред. от 29.07.2017) "Об образовании в Российской Федерации", ст.14 п.3: «… Преподавание и изучение государственных языков республик Российской Федерации не должны осуществляться в ущерб преподаванию и изучению государственного языка Российской Федерации». (Ведь региональные государственные языки и русский язык не в антагонизме и не наносят друг другу материальный и моральный ущерб?) – Стиль языка изложения статьи закона особенный, как и стиль риторики иных политиков, отражает неопределённость, не конкретное, не истинное, а только возможность, только произвол, только отрицание. По какой концепции, и для достижения какой цели стиль языка выбран таким, отрицающим предметность, не утверждающим объективную реальность, не глаголющим истину?

Категория «отрицания» по А. Бергсону (Творческая эволюция, http://vikent.ru/author/30/).:

«… Существование предстанет передо мной как победа над небытием. Я говорю себе, что здесь не могло, даже не должно было что-то быть, и я тогда удивляюсь тому, что здесь нечто есть. Или я представляю себе всякую реальность распростёртой на небытии, как на ковре: вначале было небытие, а в придачу явилось и бытие; или, если нечто всегда существовало, то нужно, чтобы небытие всегда служило ему субстратом или вместилищем и, следовательно, вечно ему предшествовало. Стакан может быть всегда полным, и, тем не менее, наполняющая его жидкость всегда занимает пустоту. Точно так же бытие могло всегда присутствовать: это не мешает тому, чтобы небытие, которое наполнено и как бы закупорено бытием, существовало до него, если не de facto, то de jure. Словом, я не могу отделаться от представления, что заполненное есть узор, канвою которому служит пустота, что бытие наложено на небытие и что идея «ничто».

Другими словами каким бы странным ни казалось наше утверждение, идея предмета, познаваемого как «несуществующий», более содержательна, чем идея этого же предмета, познаваемого как «существующий», ибо идея предмета «несуществующего» есть по необходимости идея предмета «существующего», и кроме того, представление исключения этого предмета наличной реальностью, взятой в целом.

Но могут утверждать, что наше представление о несуществующем ещё недостаточно свободно от элементов воображения, что оно недостаточно отрицательно. Неважно, скажут нам, что нереальность вещи состоит в её исключении другими вещами. Мы не хотим об этом ничего знать.

Разве мы не свободны направлять наше внимание, куда нам вздумается? Ведь вызвав представление предмета и тем самым предположив его, если угодно, существующим, мы просто приклеим к нашему утверждению «не», и этого будет достаточно, чтобы мы мыслили его несуществующим. Операция эта сугубо интеллектуальная, независимая от всего того, что происходит вне разума. Итак, помыслим что-нибудь частное или целое, а потом напишем на полях нашей мысли «не», предполагающее отбросить все, что мысль в себе заключает: мы уничтожим мысленно все вещи тем одним фактом, что объявим об их уничтожении.

В сущности все затруднения и все заблуждения проистекают здесь от этой так называемой власти, свойственной отрицанию. Отрицание представляют себе вполне симметричным утверждению. Полагают, что отрицание, подобно утверждению, довлеет самому себе. Тогда, подобно утверждению, оно должно иметь власть создавать идеи, с той только разницей, что это будут идеи отрицательные. Утверждая одну вещь, потом другую и так далее до бесконечности, я образую идею «Всё»; точно так же полагают. что, отрицая одну вещь, потом другие вещи, наконец, отрицая Всё, можно дойти до идеи «Ничто». Но именно такое уподобление и кажется нам произвольным.

Не замечают того, что если утверждение это полностью разумный акт, приводящий к составлению идеи, то отрицание только наполовину является интеллектуальным актом, вторая половина которого подразумевается, или, вернее, поручается неопределенному будущему. Не замечают также, что если утверждение есть акт чистого интеллекта, то в отрицание входит элемент неинтеллектуальный и что именно вторжению этого чуждого элемента отрицание и обязано своим специфическим характером.

Начнём со второго пункта и заметим, что отрицание всегда состоит в том, чтобы устранить возможное утверждение. Отрицание – это только известное положение, принятое разумом по отношению к возможному утверждению. Когда я говорю: «этот стол чёрный», то ясно, что я говорю о столе, я увидел, что он черный, и мое суждение передает то, что я увидел. Но если я говорю: «этот стол не белый», то я, конечно же, не выражаю того, что я заметил, ибо я увидел чёрное, а не отсутствие белого. Моё суждение поэтому относится по существу не к самому столу, но скорее к суждений, которое могло бы объявить его белым. Я выражаю суждение о суждении, но не о столе.

Предложение: «этот стол не белый» предполагает, что вы могли бы считать его белым, что вы его считали таковым или что я намеревался счесть его таковым: я предупреждаю вас или самого себя, что это суждение должно быть заменено другим (которое, правда, я оставлю неопределённым).

Таким образом, в то время как утверждение относится к вещи непосредственно, отрицание имеет в виду вещи только косвенным образом, через посредство утверждения. Утвердительное предложение передаёт суждение, относящееся к предмету; отрицательное предложение передаёт суждение, относящееся к суждению. Отрицание, таким образом, отличается от утверждения в собственном смысле слова тем, что оно является утверждением второй степени: оно утверждает нечто об утверждении, которое само утверждает что-либо о предмете». (А. Бергсон, Творческая эволюция, http://vikent.ru/author/30/).

Другими словами, факт – реализованное событие из матрицы возможных состояний. Отрицание факта это перевод конкретного факта в неопределённость, в абстрактное множество, вероятностное множество матрицы возможных состояний. Лишённому какой-либо упорядоченности, информативности тексту соответствует максимальное разнообразие, энтропия. (Е. Седов «Информационно-энтропийные свойства социальных систем», 28.01.1993. http://ecsocman.hse.ru/data/149/386/1217/009_SEDOV.pdf) Рассмотрим эту проблему в парадигме пошагового движения в суперсистеме иерархически многоуровневого устройства (см. Как экспертов слово отзовётся, http://ndkt.org/kak-ekspertov-slovo-otzovyotsya.html). Отрицание конкретного шага-события представляется как (ни то, ни сё) неопределённость по оглашению, как бы в междушаговом пространстве на перепутье (бифуркация), где имеется возможность движения и в ином альтернативном направлении, (что может быть запрограммировано и реализовано по умолчанию). Голое отрицание несёт в себе неполноту, неопределённость, раздробленность (как у буриданова осла или типа шизофрении?). Отрицание утверждения должно завершиться новым утверждением, реализацией нового события.

Если спрашивается, каковы чаяния, в чём вопрос крымскотатарского народа, его представители скажут: в реализации Наказа народа своим представителям, воплощённого в «Выводы и предложения комиссии по правам крымскотатарского народа», утверждённых Постановлением ВС СССР № 845-1 от 28.11.1989. Другим, не знающим этого, что сказать? – Логический ответ, – в вопросе слово «крымскотатарский» стереть (отрицание), оставив абстрактный «народ» и относительно него решить задачу. Ведь любую новую задачу легче решить – поставив новую обобщённую задачу, в которую первая входит как частная и занимает в ней определённое место, решив общую задачу, затем вернуться к первоначальной задаче. В вопросе конкретность перевести в абстрактность, ответить – что есть народ, перечислив его свойства: «Нация (народ) есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры. (…) Только наличие всех признаков, взятых вместе, дают нам нацию». (“Марксизм и национальный вопрос” И. Сталин). Теперь, определив все свойства народа, возвращаемся к начальному конкретному вопросу, вписав имя крымскотатарский народ, в ответе присвоив и восстановив ему все свойства народа.

По умыслу царизма и лжевластия, для уничтожения крымскотатарского народа, средство первое, физический геноцид в режиме спецпоселений. И, дополнительно, на высылке уничтожить базу общности народа, в т.ч.: 1) уничтожить крымскотатарский язык, 2) изгнание, насильственное выселение – «Крым – без крымскотатарского народа»,     3) ограбление, недопущение адекватного представительства крымскотатарского народа в структурах государственной власти, 4) уничтожение духовной и материальной культуры крымскотатарского народа. Условия и повод для бандитской акции нашёлся 18 мая 1944.

Сегодня всё ещё фактически продолжается действующий от 18 мая 1944 года геноцид крымскотатарского народа по злонравной концепции удовлетворения деградационно-паразитических потребностей лжевластия. И, в русле этой концепции один из посылов об изучении государственных языков на добровольной основе является отрицательным, вносит неопределённость, непонимание, подчиняет себе законопроект «О государственных языках Республики Крым и иных языков в республике Крым» принятый Государственным Советом Республики Крым в первом чтении 24.05.2017. То есть подразумевается две речи: а) - государственные языки субъектов федерации будут изучаться, на добровольной основе, и следовательно в обществе будет согласие, уважение и дружба между коренным народом, диаспорами и представителями всех национальностей; б) - государственные языки субъектов федерации не будут изучаться, на (зло)вольной основе, – тогда будет царить недоверие и подозрительность. Таким образом, без конкретных добрых, дружественных, уважительных последствий не может быть речи о добровольной основе выбора, оно не состоятельно. Добрые начинания в интересах и масштабах всего народа и даже законы саботируются, отрицаются негативными голосами якобы с благими намерениями – о необходимости добровольного (здесь как бы «свободной воли») принятия решений в рамках соблюдения прав и свобод человека. Права каждого человека равны между собой. Права человека, народа и диаспоры – не противопоставляются и не отменяют друг друга. И без злонамеренных акцентов этих негативов, добрая воля присуща доброй деятельности человека (воспитанного с человечным строем психики), отличающегося от животного способностью управлять мыслью, языком и работой, совершаемой целенаправленно технологическими средствами.

Слова Президента РФ «люди должны иметь возможность обучаться на родном языке – будь то чеченский, татарский или любой другой» по умолчанию для крымских чиновников это лишь возможность, на деле игнорируют даже законы (как только лишь возможность), в т.ч. закон о функционировании государственных языков Республики Крым субъекта РФ. О «возможности» Л. Грач уже высказался: «… Им нужна гарантия возможности свободного проживания в Крыму, политическая реабилитация. А уж возвращаться или нет – они должны решать сами». («Крымская правда» 13.08.1989 «Трудный путь к доверию, как решаются проблемы крымских татар»). Это значит, что спасение утопающих – дело самих утопающих. – Беззаконие, коррупция и произвол.

Добрая воля – это способность сознательно управлять своими эмоциями и поступками, на основе получаемой информации, сделав свободный выбор добра, лучшего варианта из множества возможных состояний. Многообразные, структурно гибкие и сложные, информационно богатые суперсистемы, обладают большей адаптивной способностью к условиям неопределённой и изменчивой среды, большей жизнеспособностью, доброй волей к творчеству. Всё живое питается негэнтропией – организованностью информации и энергии в необходимой качественно и достаточной количественно мере из иерархически высшего уровня управления.

Эта способность даётся с детства системой воспитания, обучения и напрямую Богом даётся различение Добра от зла: «О те, которые уверовали! Если вы Богобоязненны (предосторожность от ошибок), Он даст вам различение и очистит вас от ваших злых деяний и простит вам. Поистине, Аллах – обладатель великой милости!» (Коран 8:29).

Объективная действительность всегда несколько отличается от субъективного идеала. На практике в режиме полной функции управления разность вектора текущего состояния от выбранного идеального вектора целей это отклонение – это вектор ошибок в результате действия факторов: внутренних, внешних, среды. Вектор ошибок раскладывается на составляющие типы ошибок: случайные, систематические, грубые (промахи) и «аномальные» (от действия внешних систем). Очень важно (всеобщая проблема) определить факторы ошибок, их уровень – внутренний или внешний, не путать невежду с противником. Известный вопрос Сталина в адрес провинившегося сотрудника: «… вы дурак или враг народа?». Различение требуется для выявления факторов угроз (ошибок) и составления в отношении них вектора целей (идеального в нашем понимании). Реализация вектора целей на практике всегда происходит с отклонениями от него, идеального, в пределах вектора ошибок, в пределах т.н. «свободы воли» (свободы от нашей воли). – Слова во фразе «свобода воли» из разных уровней представления, это как бы противоречивость и неполнота в смысле теоремы К. Гёделя: «из любого набора аксиом, составляющих непротиворечивую систему, с помощью логических операций можно получить утверждения, которые не могут быть доказаны или опровергнуты исходя лишь из аксиом этой системы». Необходима иерархически построенная система мировоззрения, положим двух уровней: стратегического и оперативно-тактического. «Индивидуальное развитие – это сопоставление двух видов информации, внешней и внутренней» (С. Лем).

Логика и слова языка описания процессов одни и те же для любого иерархического уровня. Одними и теми же словами (цифрами) можно описывать единицы, десятки, сотни, тысячи и т.д. и так же дроби. Не различая иерархии уровней, не оглашая уровни и оставляя их в умолчании, путая слова, язык изложения становится непонятным, - дезинформацией.

Во фразе «свобода воли» слово «свобода» отрицает конкретную «волю», переводя её в неопределённость.

Воля, добрая воля, всегда конкретна и следует за намерением, мотивированным различением – свободным выбором добра (свободным – в смысле в пределах матрицы возможных состояний) для реализации на этой основе выстроенного вектора целей.

Осмысленное движение проводится динамическим программированием. После исполнения воли на оперативном уровне завершением шага (операции), из нового состояния уточняется свободным выбором направление движения на высшем стратегическом уровне траектории развития. Далее, свободно выбрав вектор целей следующего шага – для его реализации проявляется конкретная воля.

Свобода – это отсутствие её противоположности – связи, с позиции диалектики. Свобода и связность две разные качественности. Реальная свобода заключена между крайностями в количественных мерах. В информативном осмысленном языке слово свобода организационно заключено в контексте – мере, конкретной истине.

«Он сотворил всё сущее и придал ему [должную] меру». (Коран 25:2). Посредством меры осуществляется различение (измерение) всего, в т.ч. и свободы.

Изучение на добровольной основе государственных языков субъектов Российской Федерации затрагивает основы добровольных (межнациональных) отношений источников языков – русского и других народов Российской Федерации. Согласно Конституции РФ: Ст.5 п.3 «Федеративное устройство Российской Федерации основано на её государственной целостности, единстве системы государственной власти, разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, равноправии и самоопределении народов в Российской Федерации». Зачастую именно провоцирование негативными группами акций с требованиями – отказа (любых форм отрицания) русскими изучения государственных языков республик, служит эскалации напряженности в межнациональных вопросах, межнациональной розни и недоверия.


«В России положение усугубляется тем, что национальному менталитету и в особенности менталитету чиновничества не свойственно относиться к законодательству как к системе обезличенного управления жизнью общества — в том смысле, что все физические и юридические лица должны быть равны перед нормами закона (Конституция РФ, статья 19). Такое отношение предполагает следующий порядок пользования законодательством:

  1. Анализ реальной или возможной ситуации в её конкретике.
  2. Подбор соответствующих законов и статей, которые соответствуют ситуации.
  3. Принятие решения в соответствии с положениями законодательства в отношении сложившейся в жизни ситуации.
  4. Если нет соответствующего положения закона, то выработка произвольного решения, которое, однако, не должно нарушать иных статей законодательства, а при необходимости — доработка законодательства.

Назовём этот порядок действий для определённости «нормальным порядком». Если этот порядок действует, то неизбежно выявление разного рода управленчески-алгоритмических ошибок в законах и «юридических шумов», что является основой для совершенствования законодательства и правоприменительной практики как системы бесструктурного, обезличенного управления, перед которой равны все физические и юридические лица.

Менталитет отечественного чиновничества, представителей «правоохранительных» органов и судейского корпуса порождает иную алгоритмику применения законодательства:

  1. Анализ ситуации и выяснение социального статуса участников.
  2. Выработка произвольного решения в отношении ситуации, в котором выражается понимание целесообразности тем, кому предстоит утвердить проект решения.
  3. Поиск статей законодательства, ссылками на которые можно придать юридическую силу и видимость законности произвольно принятому решению.
  4. Оглашение решения со ссылками на закон и проведение решения в жизнь на «законных основаниях» при фактическом игнорировании и попрании норм законодательства.

Этот порядок действий назовём «антинормальным». Он если и не действует безальтернативно в РФ, то его вес в статистике правоприменительной практики достаточно весом для того, чтобы простой гражданин России был самого низкого мнения и о чиновничестве, и о «правоохранительной» системе в целом, и о судейско-прокурорском корпусе. Эта публика настолько обнаглела, что судейские в ряде случаев отказывают в приёме к рассмотрению заявлений граждан, прямо ссылаясь на те статьи законов, которые именно на них возлагают обязанность рассмотрения соответствующих дел. И простой гражданин перед чиновником или судом, перед иными должностными лицами может сколь-угодно юридически грамотно ссылаться на Конституцию РФ, на действующие законы в соответствии с нормальным порядком, но, следуя нормам корпоративной этики представителей власти, чиновничество и судейские (в своём большинстве носители юридического образования, возможно второго высшего) будут попирать известный им закон и осуществлять антинормальный порядок применения законодательства.

Законных эффективных средств защиты своих прав гражданин в России не имеет. Неизвестны даже хотя бы единичные случаи наказания чиновников, представителей «правоохранительных» органов, судейских с формулировкой типа: отстранён от должности и посажен лет на 5 – 7 с конфискацией имущества за систематическое попрание норм закона и правоприменительную практику в стиле «закон — что дышло, куда повернул — туда и вышло». Поэтому неизбежно, что представители чиновничьего и судейского корпуса, «правоохранительных» органов регулярно становятся жертвами самосуда, и акты самосуда вызывают массовое одобрение, что находит выражение в интернете.

Юридическое образование — не та основа, которая позволяет управленчески грамотно ставить и решать задачи в управлении государством.

Уничтожение самобытной системы образования и замещение её заимствованной извне может быть не только инструментом модернизации действительно отставшего в своём самобытном развитии общества, но и инструментом угнетения и порабощения общества, подавления и уничтожения в нём национальных культур — либо всех, либо некоторых избирательно.

Сказанное об образовании криптоколониального характера имеет прямое отношение к теме национальных взаимоотношений, поскольку национальный характер, который выражается в культуре, некоторым образом выражается и в науке. А наука — сфера коллективной деятельности людей, выросших в той или иной национальной или многонациональной культуре, а не частное дело тех или иных интеллектуалов, не имеющих каких-либо национальных корней. Система же образования и содержание образования — следствие той или иной демографической политики и основывается на науке, «заточенной» под задачу проведения в жизнь той или иной политики.

(«Ректор Института антропологии и этнографии РАН Валерий ТИШКОВ: Диаспоры должны сохранять культуру, а не захватывать власть»: http://www.kp.ru/daily/23999.5/80065/). Это заявление непростительно для директора Института этнологии и антропологии, который обязан был ещё в 1990 гг. уведомить депутатов, правительство, администрацию президента РФ, СМИ и общественность о том, к чему ведёт социально-экономическая и национальная политика постсоветского режима. А возмущаться «одними из первых» — на это имеют моральное право простые граждане, а не директор Института этнологии и антропологии. Но сначала он должен был исцелиться сам.

В Институте этнологии и антропологии наверняка собраны колоссальные массивы фактов, касающихся изучаемой им предметной области, но судя по интервью его директора, — институт не изучает социальных процессов, которые выражаются в фактах, не изучает взаимосвязи процессов друг с другом и с фактами, причинно-следственные связи между ними. И соответственно В.А. Тишков не понимает проблематики, которой должен заниматься возглавляемый им институт РАН, и потому выдаёт в интервью глупости и взаимоисключающие друг друга мнения по одному и тому же вопросу, не имеющие оснований в жизни:

  • Глупость: «армяне, которые родились и прожили в Москве несколько поколений, вдруг превратились в диаспору». — Да они и были изначально частью армянской диаспоры Москвы, поскольку они и их предки — армяне, а не превратились внезапно в этнических армян из неких «безнациональных москвичей», в результате какого превращения якобы и возникла армянская диаспора в Москве.
  • Взаимоисключающие друг друга мнения по одному и тому же вопросу:
    • «Окончил институт, нашёл работу во Владикавказе — поселился, живёшь, работаешь. И наоборот. Ты на своей земле, в своей стране, и диаспоры не нужны» (выделено нами жирным при цитировании: спрашивается — а куда при переезде в регион, где доминирует иная национальная культура, деть свою национальную самоидентичность? и как эта самоидентичность будет взаимодействовать с самоидентичностью местного коренного населения? и как местные будут на неё реагировать? и почему будут реагировать так, а не иначе? и хорошим будет это взаимодействие либо плохим?).
    • «Я внёс поправки к Закону о национально-культурных автономиях*. В них говорится, что одна из самых важных задач диаспоры — помогать её членам адаптироваться и интегрироваться в среду доминирующего этноса» (выделено нами жирным при цитировании: т.е. если на диаспоры возлагается определённая задача, то диаспоры нужны, что противоречит ответу В.А.Тишкова на предшествующий вопрос; а если они решают другие задачи, порицаемые В.А.Тишковым, то введение жизни диаспор в русло государственной политики гармонизации национальных взаимоотношений, во-первых, неосуществимо путём выражения в законах тех или иных пожелании,** а во-вторых, требует выявления и устранения причин, порождающих неприемлемые взаимоотношения диаспор и общества их пребывания именно средствами государственной политики, в том числе и в области национальных взаимоотношений).

           * Мимоходом отметим, что несостоятельность концепции национально-культурной автономии ещё в 1912 – 1913 гг. показал И.В.Сталин: в цитированной ранее работе «Марксизм и национальный вопрос» раздел IV назван «Культурно-национальная автономия» (от того, что теперь это называется «национально-культурная автономия» — суть вопроса не изменилась). Он завершается следующими словами:

«Отсюда видно, что культурно-национальная автономия не разрешает национального вопроса. Мало того: она обостряет и запутывает его, создавая благоприятную почву для разрушения единства рабочего движения, для обособления рабочих по национальному признаку, для усиления трений между ними.

Такова жатва национальной автономии».

         Но всё, что в этом фрагменте И.В.Сталин относит к рабочему движению, справедливо и по отношению ко многонациональному обществу в целом. Однако директор профильного института РАН то ли не знает, что было написано исследователями этой проблематики в прошлые времена, то ли не находит нужным обосновать своё несогласие с ними, показав ошибки и неточности в их произведениях. Но скорее всего он и ему подобные проституируют и «онаучивают» вздор, который невежественная и тупая бюрократия воплощает в политику.

Ну да ладно, произведения И.В.Сталина после ХХ съезда были недоступны большинству. Но ведь и В.И.Ленин, чьи произведения были общедоступны и в обязательном порядке изучались в учебных курсах обществоведческих дисциплин и философии, тоже относился отрицательно к национально-культурной автономии, охарактеризовав её словами: «Основной, принципиальный грех этой программы тот, что она стремится воплотить в жизнь самый утонченный и самый абсолютный, до конца доведённый, национализм. Суть этой программы: каждый гражданин записывается в ту или иную нацию, и каждая нация составляет юридическое целое, с правом принудительного обложения своих членов, с национальными парламентами (сеймами), с национальными «статс-секретарями» (министрами) (…) Марксизм выдвигает на место всякого национализма — интернационализм, слияние всех наций в высшем единстве, которое растёт на наших глазах с каждой верстой железной дороги, с каждым международным трестом, с каждым (международным по своей экономической деятельности, а затем и по своим идеям, по своим стремлениям) рабочим союзом» (см. «Критические заметки по национальному вопросу» —

В.И. Ленин, ПСС, изд. 5, т. 24; интернет-ресурс: http://www.mysteriouscountry.ru/wiki/index.php/Ленин_В.И._Полное_собрание_сочинений_Том_24_КРИТИЧЕСКИЕ_ЗАМЕТКИ_ПО_НАЦИОНАЛЬНОМУ_ВОПРОСУ).

Тем не менее национально-культурная автономия была, по крайней мере единожды, реализована на практике. Что она представляет собой в условиях толпо-«элитаризма» при возведении её в базовый принцип жизни культурно своеобразного сообщества в инакокультурной среде, см. Я.А. Брафман, «Книга кагала» (одна из гиперссылок: http://mnoogoknig.ru/bookbox_100327.html): по отношению к тем, кто оказался под её властью, — это жесточайшая тирания, смысл насаждения которой не может быть по́нят на уровне единоличных или семейных интересов; а по отношению к окружающим — непрерывная «холодная война» с ними с целью порабощения и сживания со свету противящихся.

** После прочтения этого интервью складывается впечатление, что по отношению к советской и россионской социологической науке ещё одно «преступление» И.В.Сталина состоит в том, что он в 1912 – 1913 гг. в работе «Марксизм и национальный вопрос» не написал ничего о диаспорах и их взаимоотношениях с обществом пребывания, по какой причине «выдающимся» отечественным этнологам и специалистам в области «толерантности и свободы совести» и прочего абстрактного гуманизма просто не у кого списывать адекватные жизни мысли.

Поэтому вследствие бесплодия россионской науки рассмотрением вопроса о диаспорах нам тоже придётся заняться самостоятельно, соотносясь с жизнью как таковой.

Прежде всего, определимся терминологически. Термин «диаспора» поясняется в разных справочных источниках несколько по-разному.

«Диаспора (греч. diasporа — рассеяние), пребывание значительной части народа (этнической общности) вне страны его происхождения. Д. образовывались в результате насильственного выселения, угрозы геноцида, действия экономических и географических факторов. Первоначально термин "Д." применялся к проживанию евреев вне Палестины, особенно после их изгнания в начале 6 в. до н. э. вавилонским царём Навуходоносором II, а затем в 1 - 2 вв. н. э. — римлянами. В дальнейшем термин "Д." применялся и к некоторым др. этническим (например, армяне, ирландцы, китайцы) и религиозным (например, ранние христиане) общностям» (Большая Российская энциклопедия: http://slovari.yandex.ru/~книги/БСЭ/Диаспора).

«Диа́спора (греч.διασπορά, «рассеяние») — часть этноса, дисперсно проживающая далеко за пределами исторической родины и имеющая социальные институты для поддержания и развития своей общности» (http://ru.wikipedia.org/wiki/Диаспора/).

«ДИАСПОРА [гр. diaspora — рассеяние] — расселение какой-л. национальности (народности) на чужбине или распространение какой-л. религии среди иноверцев; религиозные меньшинства, а также территории, ими заселённые. Первонач. — о евреях, расселённых среди иных народностей в результате вавилонской неволи; также о евреях-христианах, проживающих среди язычников» (Словарь иностранных слов. — Комлев Н.Г., 2006.: http://dic.academic.ru/dic.nsf/dic_fwords/10001/ДИАСПОРА).

Эти определения не вполне точны, поскольку в них включены специфические частности, которые не характеризуют диаспоры как социальное явление, а являются сопутствующими обстоятельствами, следствиями или условиями их существования; они содержат некоторые умолчания, которые необходимо раскрыть для понимания сути диаспор и их взаимоотношений со средой пребывания.

Диаспора это — существующее устойчиво на протяжении длительного времени (порядка продолжительности активной жизни индивида и более — вплоть до воспроизводства себя в преемственности поколений) множество носителей определённой национальной или религиозной культуры, которые:

  • во-первых, проживают за пределами ареала становления и доминирования своей культуры и поддерживают в обществе пребывания более или менее широкий спектр социальных связей (включая и участие в общественном объединении труда) с представителями доминирующей культуры и иных диаспор, вследствие чего:
    • диаспора в обществе пребывания обретает свою социокультурную нишу и обретает способность оказывать воздействие на его судьбу, которое может быть как благотворным, так и негативным,
    • постоянный состав диаспоры в том или ином качестве, в большей или меньшей мере становится сопричастным судьбе общества пребывания;
  • во-вторых, сохраняют своё культурное своеобразие в инакокультурном окружении, даже если некоторая часть представителей диаспоры становится двоякокультурной (прежде всего — двуязычной), а какая-то часть ассимилируется обществом пребывания.

Туристы не поддерживают широкого спектра социальных связей с обществом пребывания вследствие чего не обретают общности судьбы с местным населением и потому не являются диаспорами, даже если их концентрация оказывается достаточной для того, чтобы они были заметны в жизни местного общества и стали значимым для него социальным и экономическим фактором. Однако при этом туристы могут взаимодействовать с соответствующими местными диаспорами или стать первопричиной для их формирования.

Поскольку диаспоры это — множества людей, а множества, в отличие от индивидов, не обладают сознанием и волей (это — компоненты индивидуальной психики, а не коллективной), то по отношению к диаспорам неуместны такие слова, как «должны» и «не должны» (которые употребил В.А. Тишков в своём интервью), одно из значений которых — возлагать на них этические обязанности по отношению к окружающим: возложить на себя какие бы то ни было этические обязанности может только сам индивид осознанно-осмысленно волевым порядком.

Возникновение и существование диаспор — не только объективная историческая данность, но и объективная неизбежность в силу того, что:

  • глобализация, понимаемая как совокупность разнородных явлений, ведущих к объединению человечества в единой культуре, — неискоренимая тенденция глобального исторического процесса, и именно она реализует себя в порождении диаспор;
  • диаспоры после своего образования — один из проводников (носителей) этого процесса.

        В возникновении и в поведении диаспор выражается не осознанно-осмысленная воля людей (собрались, обсудили, решили: переехать на постоянное место жительства на территорию доминирования культуры другого народа и там «объединиться в диаспору», которая должна делать то-то и не делать чего-то другого, главой диаспоры назначить такого-то), а алгоритмика коллективной психики, обусловленная историческим прошлым, действие которой стимулируется обстоятельствами, сложившимися в настоящем.

Именно поэтому и происходит то, что В.А. Тишков назвал «какой-то диаспоризацией всей страны». Но гармонизация национальных взаимоотношений во многонациональном государстве, а равно — во многонациональной цивилизации — требует, чтобы «диаспоризация» была не «какой-то», а вполне определённой по параметрам взаимодействия различных национальных и религиозных культур и их носителей.

И на воплощение в жизнь взаимоприемлемой нравственно-этической определённости, способствующей развитию обеих культур (культуры диаспоры и доминирующей культуры региона) должна быть направлена государственная политика. Соответственно, государство обязано видеть различие развития и деградации как объективных биологических и социокультурных явлений, и соответственно поддерживать нравственность и этику, способствующие развитию, и подавлять деградационные процессы – как те, что генерируются диаспорами, так и те, что генерируются самим обществом их пребывания.

И если понимать, что культура — информационно-алгоритмическая система, рассредоточенная своими фрагментами по психике множества людей, то поведение диаспор обусловлено с одной стороны — культурой общества их пребывания, а с другой стороны — той культурой, носительницей которой является диаспора.

При этом культура диаспоры может обладать некоторыми отличиями (в том числе и нравственно-этического характера) от породившей её национальной (или религиозной) культуры. Это обусловлено тем, что диаспору порождают люди, покидающие ареал становления и доминирования своей культуры. Они обычно составляют меньшинство и покидают ареал становления и доминирования своей национальной (или религиозной) культуры вследствие того, что их нравы и психика отличаются от нравов и психики тех, кто остаётся в ареале.

Кроме того, в неродной им культурной среде общества пребывания диаспоры они сталкиваются с явлениями, которых нет в их родной культурной среде, а так же и с явлениями, которые в их родной культуре интерпретируются и оцениваются иначе — вплоть до диаметрально противоположных оценок и интерпретаций одних и тех же по их существу действий. Это обстоятельство означает, что поведение представителя диаспоры в соответствии с некоторыми нормами его родной культуры может оцениваться представителями доминирующей культуры региона как вызывающее или просто оскорбительное; и наоборот — нормы культуры, доминирующей в регионе, могут восприниматься представителями диаспоры как вызов или оскорбление. И эти обстоятельства при отсутствии соответствующей политики могут стать предпосылкой к эскалации на пустом месте межнационального конфликта.

В сфере политической жизни общества сказанное означает, что по отношению к диаспорам и их взаимоотношениям с обществом пребывания могут употребляться слова, однокоренные со словами «желательно» и «нежелательно». А воплощение в жизнь того, что желательно, и искоренение того, что нежелательно во взаимоотношениях диаспор и среды их пребывания, — невозможно на основе лозунговых призывов (типа «давайте жить дружно!») и административного диктата (типа закона «о национально-культурных автономиях»): это требует целенаправленного изменения культуры как диаспор, так и культуры доминирующего в регионе населения в соответствии с определёнными политическими целями. А средства административно-юридического характера в такого рода политике государства могут играть только вспомогательную роль (в частности слова типа «должны», «не должны», «обязаны», «не обязаны» не уместны по отношению к диаспорам в целом, но уместны по отношению к конкретным представителям диаспор и коренного населения в соответствующих обстоятельствах).

Возникновение диаспор в истории носит многовариантный характер.

Проблемно не обусловленные варианты.

  • В ходе международного культурного обмена и делового сотрудничества представители какой-либо культуры уезжают по своим делам со своей родины в количестве, достаточном для того, чтобы образовать диаспору в ареале доминирования иной культуры. Если занятость делами на чужбине обретает устойчивый характер, то они оседают на постоянное жительство, осваивают местный язык и находят взаимоприемлемые способы взаимодействия с коренным населением, в результате чего и возникает диаспора. В прошлом необходимость обслуживания транзитных путей международной торговли привела к тому, что вдоль таких торговых путей, в «транспортных узлах», возникали диаспоры, большей частью компактно проживающие (однако компактное проживание диаспор, тем более на принципах обособления от обществ пребывания в своём «квартале» — вовсе не является нормой). Иногда ранее возникшие вдоль торговых путей диаспоры сохранялись и в случаях, если транзитные торговые пути изменяли своё расположение в силу каких-либо причин.
  • Трудовые мигранты — люди, приглашаемые на работу (или службу) в другие культурно самобытные общества на основе договорённостей о тех или иных гарантиях мигрантам.

Эти варианты отличаются друг от друга тем, что в первом инициатива исходит из культурной среды тех, кто впоследствии образует диаспору. А во втором инициатива исходит из общества, в котором возникает диаспора. Оба эти варианта в подавляющем большинстве случаев не создают проблем для обществ пребывания, поскольку благополучие представителей диаспор в обществе пребывания основано на взаимно приемлемом характере взаимоотношений.

Проблемы во взаимоотношениях могут возникать впоследствии, когда диаспора уже сложилась, но такого рода проблемы не являются следствием способа возникновения диаспоры, а представляют собой выражение специфики взаимодействия культур диаспоры и общества пребывания, если культуры рассматривать как информационно-алгоритмические системы.

Проблемно обусловленные варианты.

Но диаспоры могут возникать и вследствие разного рода проблем, с которыми сталкиваются их родоначальники. Начало диаспорам могут положить:

  • пленные, компактно расселённые победителем на какой-либо территории и не утратившие своего культурного своеобразия (примером такого варианта возникновения диаспоры является пресловутое «вавилонское пленение» древних евреев);
  • некоторая часть завоевателей иногда оседала на территории, по которой проходила армия, после чего находила способ мирного сосуществования с коренным населением, не утрачивая при этом своей культурной самоидентичности на протяжении более или менее исторически продолжительного времени;
  • диаспоризация коренного населения в результате завоевания (так возникли армянская, греческая и курдская диаспоры в Турции);
  • беженцы — люди, которые покидали свою родину под воздействием на них разного рода факторов:
    • политических (войны и угроза геноцида, разногласия социальных групп по вопросам правомочности той или иной идеологии и выражающей её организации жизни общества, разногласия по вопросам вероисповедания и т.п.),
    • экономических (невозможность в сложившейся экономической системе общества найти удовлетворяющую их работу, чтобы обеспечить экономическое благополучие своей семье или желательное будущее своим детям),
    • природных и техногенных (природная или техногенная катастрофа, ухудшившая условия жизни на родине, может стать генератором возникновения соответствующих диаспор в сопредельных и более удалённых регионах, в которых доминирует иная культура).

         Если оставить пока в стороне диаспоризацию коренного населения в результате завоевания, массовой миграции в регион иноземцев или изменения пропорций коренного и пришлого населения под воздействием различной динамики воспроизводства поколений коренного населения и диаспор, то для обществ пребывания наиболее болезнен вариант возникновения диаспор из беженцев. Причина этого в том, что в потоке беженцев доля деморализованных (т.е. утративших навыки человеческого общежития) и вследствие этого люмпенизированных людей, как правило, существенно выше, нежели в обществе, живущем стабильно, из которого по своим надобностям в другие общества выезжают в общем-то не обременённые пороками нравственно-этического характера и потому социально-ответственные люди, заинтересованные в сотрудничестве с обществами пребывания соответствующих диаспор.

Возникновение диаспор во многих регионах России после распада СССР и в ходе проведения экономических реформ в 1990 гг. было обусловлено тем, что диаспоры были образованы беженцами из наиболее проблемных национальных автономий РФ и бывших советских республик

И нет принципиальной разницы в том, как разжигаются конфликты на почве национальной или религиозной неприязни: словами либо молчаливыми действиями; делают это впавшие в нацизм и расизм представители коренного населения регионов, чьё терпение по отношению к эксцессам с представителями диаспор не беспредельно; либо это делают представители диаспор. В любом случае от этого страдают адекватные в нравственно-этическом отношении люди без различия их национальностей и вероисповедания.

И если понимать вышесказанное о диаспорах и о вариантах их взаимоотношений с обществом пребывания, то один из субъектов разжигания межнациональной и межрелигиозной розни и вражды в РФ — само́ россионское буржуазно-либеральное государство:

  • чья экономическая политика, во-первых, породила разнородные люмпенизированные диаспоры и люмпенизировала изрядную долю коренного населения повсеместно;
  • и которое, во-вторых, требует от коренного населения регионов, где доминируют те или иные национальные (или религиозные) культуры, терпимости как минимум по отношению к хамскому поведению представителей диаспор, а как максимум — по отношению к установлению ими мафиозно-криминальной власти в регионе и режима террора по отношению к его коренному населению и обогащению диаспоральных «элит» на этой основе за счёт коренного населения региона и в ущерб ему.

Это — ещё один из показателей того, что буржуазный либерализм со всеми его словесами о правах человека — враг свободы* и потому должен быть искоренён.

(*См. так же работы ВП СССР: «Либерализм — враг свободы» (2003 г.) и «Ещё раз: либерализм — враг свободы» (аналитическая записка из серии «О текущем моменте» № 7 (79), июль 2008 г.). Здесь же поясним только то обстоятельство, что исторически реально либерализм — идеология буржуазии, вследствие чего предполагает в жизни общества:

  • корпоративную вседозволенность буржуазного меньшинства в отношении большинства — это и есть пресловутая «liberty», распространяющаяся только на буржуазию, причём достаточно крупную, к которой не относится пресловутый «средний класс»;
  • и какую ни на есть корпоративно-буржуазную демократию, видимость легитимности которой придаёт участие простонародья в избирательных процедурах с заранее запрограммированным результатом — вследствие того, что буржуазный либерализм концептуально безвластен, а в выборах участвуют только те политические силы, которым заправилы масонства доверяют участие в публичной политике.

         Поэтому буржуазная демократия как высшее выражение буржуазного либерализма реализует по отношению к простонародью принцип «за кого ни голосуй — всё равно получишь… политику, направленную против тебя». Этот, неизбежный в условиях буржуазной «демократии», результат — следствие того, что за всеми партиями в системе буржуазно-либеральной многопартийности стоят: одна и та же социологическая наука, «заточенная» на поддержание толпо-«элитаризма» в форме иерархии денежного богатства; одно и то же мировое банковско-ростовщическое сообщество служителей финансовой религии; одно и то же масонство, являющееся инструментом делания глобальной и транснациональной политики; и всё это имеет место в русле библейской доктрины порабощения человечества от имени Бога).

Многонациональное общество не может существовать без того, чтобы какой-либо один (или несколько наиболее распространённых языков) были средством межнационального общения и основой культурной общности разных национальностей, позволяющей развивать и каждую из национальных культур, и культуру, объединяющую всех вне зависимости от национального происхождения каждого. Это необходимое, но не достаточное условие.

Цель государственной политики гармонизации национальных взаимоотношений понятна всем, приемлема подавляющему большинству тех, кто предпочитает честно и добросовестно участвовать в общественном объединении труда, а не паразитировать на труде и жизни окружающих, потомков и биосфере, и соответствует кораническому уведомлению:

«О люди! Воистину, Мы создали вас мужчинами и женщинами, сделали вас <разными> народами и племенами, чтобы вы узнали друг друга, <а не для того, чтобы каждый из вас презирал других>. Ведь самый уважаемый Богом среди вас тот, кто самый праведный. Поистине, Бог — знающий, сведущий!» (Коран, 49:13). (Так называемый «исламский экстремизм» не является исламским, поскольку преступает через эту и другие этические нормы, заповеданные в Коране).

Считать это неприемлемым и противиться воплощению в жизнь этого идеала как основы для дальнейшего развития человечества — могут только паразиты и родственные им по сути сатанисты.

Принцип «элитаризации» «мы — лучше, чем они и потому имеем право…, а все прочие должны нам по жизни…» — ИСХОДНЫЙ, а борьба за власть разных группировок, сформировавшихся на нравственно-этической основе этого принципа, и само властвование для «элиты» на основе эксплуатации разного рода «игр с ненулевыми суммами» — только средство для его проведения в жизнь.

Что касается такого рода кризисов толпо-«элитаризма», в которых национализм, расизм или интернационализм, становятся востребованными, то их генератором является прежде всего неадекватность самоуправления соответствующей культуры.

Однако неадекватность самоуправления может целенаправленно стимулироваться извне политическими противниками и конкурентами этой культуры.

Такого рода стимуляция кризиса извне, в том числе и с участием в этом процессе диаспор и доморощенных «общечеловеков», может стать и дополнительным стимулом к распространению национализма, расизма или интернационализма в обществе, переживающем кризис толпо-«элитаризма» (общекультурный, демографический, экономический или иной).

Но сохранение толпо-«элитаризма» путём перехода к каким-то новым формам в результате распространения национализма, расизма или интернационализма не только не решает проблем общественного развития, но создаёт новые.

Поэтому лучше отказаться от поисков некоего идеального толпо-«элитаризма», в котором то или иное «элитаризовавшееся» меньшинство господствовало бы над большинством, а большинство было бы несказанно счастливо ишачить на «элиту». Необходимо перейти от толпо-«элитаризма» к человечности.

         Однако оглашение тех или иных идеалов само по себе не ведёт к их автоматическому воплощению в жизнь ни мгновенно, ни в какие бы то ни было определённые либо не определённые сроки.

Причины этого в том, что жизнь общества в режиме, отличном от тех или иных идеалов (пусть даже и признаваемых его достаточно широкими слоями), объективно обусловлена статистикой нравственно-психологических типов, свойственных этому обществу.

Поэтому воплощение в жизнь любых идеалов требует изменения реальной статистики нравственно-психологических типов в этом обществе. Поскольку нравственно-психологический тип (тип строя психики) личности во многом формируется исторически сложившейся культурой на протяжении перехода от младенчества ко взрослости, а в толпо-«элитарных» культурах подавляющее большинство взрослых не способно к дальнейшему самообразованию и самовоспитанию в силу угнетения и извращения процесса их личностного становления в детстве и в юности (а в ряде случаев — со времени, предшествующего зачатию), то изменение статистики требует изменения культуры (рассматриваемой как информационно-алгоритмическая система), вбирающей в себя множество личностей. Иными словами задача приведения свойственной обществу статистики нравственно-психологических типов в соответствие тем или иным идеалами требует соответствующей политики, т.е. осмысленных действий — как государственности, так и заинтересованной политически активной общественности.

И только в результате такого рода осмысленных целенаправленных действий, если они находят отклик в жизни, — в обществе может возникнуть спустя некоторое время статистика нравственно-психологических типов, которая породит образ жизни общества, выражающий ранее провозглашённые определённые идеалы.

         Сказанное касается воплощения в жизнь общества любых идеалов (целей политики): как идеалов свободной жизни всех в Царствии Божием на Земле, так и «идеалов» того или иного рабовладения, осуществляемого теми или иными способами каким-либо меньшинством в отношении большинства в национальных, региональных, глобальных масштабах. И как заметил в своих записках римский император-философ Марк Аврелий, «безумие думать, что злые не творят зла».

         Любой образ жизни общества представляет собой выражение исторически сложившейся статистики нравственно-психологических типов, свойственной этому обществу. Переход к любому иному образу жизни возможен только как результат соответствующего изменения этой статистики вследствие целенаправленных волевых усилий расширяющегося множества людей.

Общая алгоритмика осуществления такого рода изменения статистики нравственно психологических типов в обществе включает в себя действия, относимые ко всем шести приоритетами обобщённых средств управления/оружия. Конкретно же она включает в себя:

  • пропаганду в обществе определённых идеалов, которые вовсе не обязательно совпадают в толпо-«элитарных» обществах с действительными намерениями концептуально властных зачинателей социальных преобразований. (в толпо-«элитарных» культурах скрыть действительные намерения, возможно неприемлемые для общества, за приемлемыми для него провозглашаемыми идеалами — задача идеологической власти*);
  • ДЕЙСТВИЯ МНОЖЕСТВА ЛЮДЕЙ, НАПРАВЛЕННЫЕ НА ПРИВЕДЕНИЕ СОБСТВЕННОЙ ПСИХИКИ КАЖДОГО ИЗ НИХ В СООТВЕТСТВИЕ С ПРОВОЗГЛАШАЕМЫМИ ИДЕАЛАМИ, — это главное;
  • пропаганду методов, которые гарантируют (либо якобы гарантируют — в случае толпо-«элитаризма») воплощение пропагандируемых идеалов в жизнь, а фактически — пропаганду реорганизации общественных институтов так, чтобы их деятельность автоматически вела к осуществлению действительных (в условиях толпо-«элитаризма» вовсе не обязательно публично декларируемых) намерений концептуально властных зачинателей реформ;
  • реорганизация и создание с нуля недостающих общественных институтов в соответствии с этими намерениями;
  • действия реорганизованных и созданных с нуля общественных институтов, направленные на воплощение этих намерений в жизнь;
  • защиту соответствующей политики и её деятелей от политики и стихийного саботажа идейно убеждёнными противниками этих намерений (а так же и действительными приверженцами провозглашённых идеалов — если пропагандируемые идеалы не совпадают с действительными намерениями зачинателей реформ) и их пособниками, чьё противодействие политике может носить более или менее не осознаваемый ими характер, поскольку проистекает из автоматизмов их бессознательных уровней психики. В каких-то случаях защита политики и политических активистов может выражаться в целенаправленном уничтожении идейно убеждённых носителей иных идеалов и их пособников — как сознательных, так и действующих на основе автоматизмов бессознательных уровней психики.

* Функция идеологической власти — облечь порабощающую по своему характеру концепцию в такие идеологические формы, в которых она предстала бы во мнении людей благообразной и потому приемлемой, в которых концепция не вызвала бы отторжения, а тем более — целенаправленного активного противодействия внедрению концепции в управленческую практику вплоть до выработки и воплощения в жизнь альтернативной ей концепции. Соответственно этой функции идеологическая власть — неотъемлемый атрибут толпо-«элитарных» культур. Она не нужна, если действительные намерения носителей концептуальной власти и их умолчания совпадают с открыто пропагандируемыми идеалами.

         Т.е. «право» на эксплуатацию «человека человеком» — неотъемлемый элемент «свободы» личности в либерально-буржуазном понимании, и это объединяет буржуазных либералов с марксистами-троцкистами и прочими фашистами. О сути фашизма см. работы ВП СССР «Основы социологии» (часть 3, книга 2), «Фашизм: как это делается “демократически”…» (аналитическая записка из серии «О текущем моменте», № 2 (95), август 2010 г.).

Большевики в меру своего понимания общества и сути марксизма честно работали на воплощение этого идеала в жизнь, создавая условия для личностного развития новых поколений, но не достигли в этом деле успеха в силу ряда причин.

         Главные причины:

  • марксизм только декларировал эти идеалы, но его хозяева намеревались построить систему «идеального рабовладения», в которой рабы убеждены в своей свободе;
  • большевики не смогли размежеваться на уровне социально-экономической теории с идейными приверженцами концепции идеального рабовладения (марксистами-троцкистами).

         В силу этих причин управление в СССР изначально было внутренне конфликтным (большевизм — «мраксизм»), иначе говоря — концептуально не определённым. В 1991 г. этот конфликт управлений разрешился в пользу третьей силы — буржуазных либералов-глобалистов.

Право буржуазной олигархии на эксплуатацию остального общества — главное умолчание либеральной идеологии.

Ещё один аспект эксплуатации «человека человеком» носит не столь явно выраженный для осознания характер, поскольку обусловлен разделением полного спектра потребностей общества и производимой продукции на две составляющие:

  • демографически обусловленные потребности, удовлетворение которых как в аспекте производства, так и в аспекте потребления безопасно для потребителей, окружающих, потомков и природной среды, а также необходимо для безопасного общественного развития;
  • деградационно-паразитические, удовлетворение которых как в аспекте производства, так и в аспекте потребления наносит вред потребителям, окружающим, потомкам, производственному персоналу, природной среде, препятствует безопасному общественному развитию и прямо подрывает его.

Фактически удовлетворение деградационно-паразитических потребностей тоже является разновидностью эксплуатации «человека человеком», поскольку в угоду их первоприоритетному удовлетворению в толпо-«элитарных» обществах приносится в жертву удовлетворение демографически обусловленных потребностей — прежде всего других людей.

Будучи втянутой в потребление по деградационно-паразитическому спектру, изрядная доля общества деградирует и культурно, и биологически, что создаёт определённые предпосылки для её эксплуатации, в том числе и в преемственности поколений.

Если говорить об «играх с ненулевой суммой», на которых основываются системы эксплуатации «человека человеком», то среди них особую роль играют объективно возникающие «игры». Главная из них возникает как результат неравнозначности разнородных знаний и навыков как средств обеспечения положения в обществе и экономического благополучия индивидов — носителей соответствующих знаний и навыков. Об этом в Коране говорится прямо (сура 39. «Толпы»):

«49. И когда постигнет человека зло, он взывает к Нам. Потом, когда обратим Мы это в милость от Нас, он говорит: “Мне это даровано по знанию”. Нет, это — искушение, но большая часть из них не знает!»

Обратим внимание, что аятом 49 суры 39 Коран указал на источник, создающий предпосылки к эксплуатации «человека человеком», — монополию на знания, открывающую возможность извлекать монопольно высокие цены на продукт своей деятельности в продуктообмене в общественном объединении труда, — за 1.300 лет до «основоположников научного коммунизма». И это указание куда как точнее, нежели разглагольствования «мраксизма» о частной собственности как источнике эксплуатации «человека человеком».

Особо кораническое указание касается управленческого труда. Дело в том, что собственность как социальное явление это — реализуемая субъектом-собственником (единолично или корпоративно) монопольная возможность управления объектом собственности по полной функции управления. Нарушение полноты права собственности — это нарушение монополии субъекта-собственника на управление (в том числе и в форме устранения его из тех или иных этапов полной функции управления).

Поскольку в цивилизованных обществах качество жизни каждого обусловлено качеством управления делами общественной в целом значимости, то в случае монополизации знаний и навыков управленческого характера какой-либо социальной группой все остальные оказываются в зависимости от этой группы. А безальтернативность её услуг в управленчески безграмотном обществе позволяет ей взимать монопольно высокую цену за своё соучастие в общественном объединении труда.

Но для того, чтобы эксплуатация «человека человеком» стала нормой жизни общества, недостаточно одной только монополии на знания или каких-либо иных объективно возникающих в обществе «игр с ненулевой суммой»: необходима нравственная готовность, доходящая до устремлённости, взимать монопольно высокую плату за своё соучастие в общественном объединении труда посредством тех или иных «игр с ненулевой суммой».

Т.е. механизм эксплуатации «человека человеком» — это нравственная готовность или устремлённость к паразитизму на чужом труде и жизни (в том числе и не осознаваемая), реализующая себя посредством разного рода «игр с ненулевой суммой» (объективно возникающих или искусственно организованных в обществе.

         Т.е. для того, чтобы людей можно было эксплуатировать, они предварительно должны быть угнетены, иначе говоря, должны быть созданы условия, в которых:

  1. Врождённый потенциал личностного развития угнетаемых был бы пониженным в сопоставлении с потенциалом личностного развития угнетателей.
  2. Люди не могли бы реализовать свой потенциал развития.
  3. Люди не могли бы освоить знания и навыки (в том числе и вследствие воздействия факторов 1 и 2), позволяющие им войти в сферу управления, чтобы заменить злоупотребляющих разнородной властью управленцев.

И в общественно-экономических формациях, в которых эксплуатация «человека человеком» — норма жизни, существуют общественные институты, которые обеспечивают упреждающее угнетение и извращение развития подрастающих поколений (как в аспекте подавления биологического здоровья (фактор 1), так и в аспекте невостребованности в соответствующие возрастные периоды (фактор 2) потенциала способностей данных ребёнку) с целью осуществления их последующей эксплуатации. Поэтому:

  • ликвидация всякой эксплуатации «человека человеком» это — не написание и введение в действие законов об «общественной собственности», «запрете эксплуатации человека человеком» и т.п.,
  • а ликвидация системы предварительного угнетения и извращения личностного развития, что необходимо для обеспечения всестороннего и полного личностного развития всех. Элементом этого всестороннего и полного личностного развития общества является всеобщая управленческая грамотность по отношению к жизни общества в разных его аспектах: «всякая кухарка должна научиться управлять государством».

После того, как мы определились в понимании сути, возникновения и воспроизводства эксплуатации «человека человеком», можно перейти к рассмотрению вопроса о национальном угнетении.

Если общественное объединение труда существует на многонациональной основе, то эксплуатация «человека человеком» выражается как национальное угнетение в том, что:

  • статистика распределения представителей разных национальностей по трём названным выше социальным группам разная: т.е. в массовых профессиях преобладают представители одних национальных (или конфессиональных) групп — угнетаемые, а в «престижных профессиях» и среди иждивенцев-нахлебников преобладают представители других национальных (или конфессиональных групп) — угнетатели;
  • при этом из деградационно-паразитического спектра потребностей представителям наций (конфессий) угнетателей достаётся роскошь и прожигание жизни, а эксплуатируемым угнетённым нациям достаются пороки, обладающие крайне низкой себестоимостью процессов их удовлетворения, вследствие чего они обретают массовое распространение;

кроме того, — и это главное, — угнетатели сосредотачиваются в сфере управления (это не только государственность и управление предприятиями, но она включает в себя и науку, систему образования и сферу обеспечения досуга угнетаемых —ВСЁ ЭТО ФОРМИРУЕТМИРОПОНИМАНИЕ ОБЩЕСТВА) и поддерживают свою монополию на обретение знаний и навыков управленческого характера и недопущение в сферу управления средствами всех шести приоритетов обобщённого оружия угнетаемых (в частности, капитал — как частный, так и государственно-обобществлённый и управление им — оказываются во власти угнетателей).

И этот идеал ликвидации системы эксплуатации «человека человеком» находил своё достаточно адекватное выражение и в документах партии большевиков, и в документах государства, касающихся в том числе и политики в области национальных взаимоотношений.

К этим документам и обратимся.XVI съезд ВКП (б), состоявшийся 26 июня — 16 июля 1930 г. в Москве, рассматривал среди всего прочего и проблематику национальных взаимоотношений в СССР с целю выработки «национальной политики» в ходе осуществлявшегося социалистического строительства.

«В чём состоит существо уклона к великорусскому шовинизму (речь идёт об угрозе великоросского национализма и возможности перерастания его в нацизм) в наших современных условиях? «Шовинизм (франц. chauvinisme), крайняя форма национализма, проповедь национальной исключительности; противопоставление интересов одной нации интересам всех других наций, распространение национального чванства, разжигание национальной вражды и ненависти. Словом “Ш.” стали обозначать различные проявления националистического экстремизма» (Большая советская энциклопедия).

Существо уклона к великорусскому шовинизму состоит в стремлении обойти национальные различия языка, культуры, быта; в стремлении подготовить ликвидацию национальных республик и областей; в стремлении подорвать принцип национального равноправия и развенчать политику партии по национализации аппарата <государственного и партийного управления>, национализации прессы, школы и других государственных и общественных организаций. (Этот и предшествующий абзац — к вопросу о необходимости защиты социализма и национальных культур от интернацизма в формах «интернационализма»).

Уклонисты этого типа исходят при этом из того, что так как при победе социализма нации должны слиться воедино, а их национальные языки должны превратиться в единый общий язык, то пришла пора для того, чтобы ликвидировать национальные различия и отказаться от политики поддержки развития национальной культуры ранее угнетённых народов.

Они ссылаются при этом на Ленина, неправильно цитируя его, а иногда прямо искажая и клевеща на Ленина.

Ленин сказал, что в социализме сольются интересы национальностей в одно целое, — не следует ли из этого, что пора покончить с национальными республиками и областями в интересах... интернационализма? Ленин сказал в 1913 году в полемике с бундовцами, что лозунг национальной культуры есть буржуазный лозунг,— не следует ли из этого, что пора покончить с национальной культурой народов СССР в интересах... интернационализма?

Ленин сказал, что национальный гнёт и национальные перегородки уничтожаются при социализме, — не следует ли из этого, что пора покончить с политикой учёта национальных особенностей народов СССР и перейти на политику ассимиляции в интересах... интернационализма? И так далее и тому подобное.

Не может быть сомнения, что этот уклон в национальном вопросе, прикрываемый к тому же маской интернационализма и именем Ленина, является самым утончённым и потому самым опасным видом великорусского национализма.

Во-первых, Ленин никогда не говорил, что национальные различия должны исчезнуть, а национальные языки должны слиться в один общий язык в пределах одного государства, до победы социализма во всемирном масштабе. Ленин, наоборот, говорил нечто прямо противоположное, а именно, что “национальные и государственные различия между народами и странами... будут держаться ещё очень и очень долго даже после осуществления диктатуры пролетариата во всемирном масштабе” (т. 25, стр. 227).

Как можно ссылаться на Ленина, забывая об этом основном его указании?

… Не ясно ли, что, ратуя за один общий язык в пределах одного государства, в пределах СССР, они добиваются по сути дела восстановления привилегий господствовавшего ранее языка, а именно — великорусского языка?

Где же тут интернационализм? Во-вторых, Ленин никогда не говорил, что уничтожение национального гнёта и слияние интересов национальностей в одно целое равносильно уничтожению национальных различий. Мы уничтожили национальный гнёт. Мы уничтожили национальные привилегии и установили национальное равноправие. Мы уничтожили государственные границы в старом смысле слова, пограничные столбы и таможенные преграды между национальностями СССР. Мы установили единство экономических и политических интересов народов СССР. Но значит ли это, что мы уничтожили тем самым национальные различия, национальные языки, культуру, быт и т.д.? Ясно, что не значит. Но если национальные различия, язык, культура, быт и т.д. остаются, не ясно ли, что требование уничтожения национальных республик и областей в данный исторический период является требованием реакционным, направленным против интересов диктатуры пролетариата? Понимают ли наши уклонисты, что уничтожить теперь национальные республики и области — это значит лишить миллионные массы народов СССР возможности получить образование на родном языке, лишить их возможности иметь школу, суд, администрацию, общественные и иные организации и учреждения на родном языке, лишить их возможности приобщиться к социалистическому строительству? Не ясно ли, что в погоне за показным интернационализмом наши уклонисты попали в лапы реакционных великорусских шовинистов и забыли, совершенно забыли о лозунге культурной революции в период диктатуры пролетариата, имеющем одинаковую силу для всех народов СССР, и для великоруссов, и для невеликоруссов?

В-третьих, Ленин никогда не говорил, что лозунг развития национальной культуры в условиях диктатуры пролетариата является реакционным лозунгом. Наоборот, Ленин всегда стоял за то, чтобы помочь народам СССР развить свою национальную культуру. Под руководством Ленина, а не кого-либо другого, была составлена и принята на Х съезде партии резолюция по национальному вопросу, где прямо говорится о том, что:

“Задача партии состоит в том, чтобы помочь трудовым массам невеликорусских народов догнать ушедшую вперёд центральную Россию, помочь им: а) развить и укрепить у себя советскую государственность в формах, соответствующих национально-бытовым условиям этих народов; б) развить и укрепить у себя действующие на родном языке суд, администрацию, органы хозяйства, органы власти, составленные из людей местных, знающих быт и психологию местного населения;       в) развить у себя прессу, школу, театр, клубное дело и вообще культурно-просветительные учреждения на родном языке; г) поставить и развить широкую сеть курсов и школ, как общеобразовательного, так и профессионально-технического характера, на родном языке”.

Не ясно ли, что Ленин стоял целиком и полностью за лозунг развития национальной культуры в условиях диктатуры пролетариата?

Разве не ясно, что отрицание лозунга национальной культуры в условиях диктатуры пролетариата означает отрицание необходимости культурного подъёма невеликорусских народов СССР, отрицание необходимости общеобязательного образования для этих народов, отдаче этих народов в духовную кабалу реакционным националистам?

Ленин, действительно, квалифицировал лозунг национальной культуры при господстве буржуазии как лозунг реакционный. Но разве могло быть иначе?

Буржуазная по своему содержанию и национальная по своей форме культура, имеющая своей целью отравить массы ядом национализма и укрепить господство буржуазии.

Социалистическая по своему содержанию и национальная по форме культура, имеющая своей целью воспитать массы в духе социализма и интернационализма.

Разве не ясно, что, борясь с лозунгом национальной культуры при буржуазных порядках, Ленин ударял по буржуазному содержанию национальной культуры, а не по её национальной форме?

Было бы глупо предположить, что Ленин рассматривал социалистическую культуру, как культуру безнациональную, не имеющую той или иной национальной формы.

Уклоняющиеся в сторону великорусского шовинизма глубоко ошибаются, полагая, что период строительства социализма в СССР есть период развала и ликвидации национальных культур. Дело обстоит как раз наоборот. На самом деле период диктатуры пролетариата и строительства социализма в СССР есть период расцвета национальных культур, социалистических по содержанию и национальных по форме, ибо сами-то нации при советском строе являются не обычными “современными” нациями, а нациями социалистическими, так же как их национальные культуры являются по содержанию не обычными, буржуазными культурами, а культурами социалистическими.

Они, очевидно, не понимают, что развитие национальных культур должно развернуться с новой силой с введением и укоренением общеобязательного первоначального образования на родном языке. Они не понимают, что только при условии развития национальных культур можно будет приобщить по-настоящему отсталые национальности к делу социалистического строительства.

Они не понимают, что в этом именно и состоит основа ленинской политики помощи и поддержки развития национальных культур народов СССР.

         Процесс слияния национальных культур в одну общую (и по форме, и по содержанию) культуру в СССР действительно протекал, однако он не успел завершиться к 1985 г.: в противном случае СССР в 1991 г. не распался бы — советский народ не позволил бы разрушить его собственное государство.

         Но вопреки действительности в послесталинские времена неотроцкисты, паразитируя на тенденции к слиянию национальных культур в процессе развития каждой из них, о существовании единого советского народа как носителя социалистической культуры на основе русского языка говорили как о свершившемся факте.

         «В 1961 году, выступая на XXII съезде КПСС, Н.С. Хрущёв провозгласил: «В СССР сложилась новая историческая общность людей различных национальностей, имеющих общие характерные черты, — советский народ». Постановлением XXIV съезда КПСС от 1971 г. советский народ был провозглашён результатом прочного социально-политического и идейного единства всех классов и слоёв, наций и народностей, заселяющих территорию СССР. Их общим языком — языком советского народа — был признан русский язык, что являлось выражением «той роли, которую играет русский народ в братской семье народов СССР» (Википедия: http://ru.wikipedia.org/wiki/Советский_народ).

И под воздействием этого пропагандистского мифа неотроцкистов именно в послесталинские времена в национальных республиках началось свёртывание систем образования на национальных языках народов СССР и свёртывание систем обучения национальным языкам и основам местных культур представителей русскоязычных диаспор. Это было одним из факторов создания потенциала разнородных национализмов с целью реализации этого потенциала в деле ликвидации социализма и расчленения СССР в соответствии с Директивой СНБ США 20/1 от 18.08.1948 г.

Может показаться странным, что мы, сторонники слияния в будущем национальных культур в одну общую (и по форме, и по содержанию) культуру, с одним общим языком, являемся вместе с тем сторонниками расцвета национальных культур в данный момент, в период диктатуры пролетариата. Но в этом нет ничего странного. Надо дать национальным культурам развиться и развернуться, выявив все свои потенции, чтобы создать условия для слияния их в одну общую культуру с одним общим языком в период победы социализма во всём мире. Расцвет национальных по форме и социалистических по содержанию культур в условиях диктатуры пролетариата в одной стране для слияния их в одну общую социалистическую (и по форме, и по содержанию) культуру с одним общим языком, когда пролетариат победит во всём мире и социализм войдёт в быт, — в этом именно и состоит диалектичность ленинской постановки вопроса о национальной культуре (выделено жирным при цитировании нами: это — одно из кратких выражений большевистского проекта глобализации).

Или, например, ленинская постановка вопроса о праве наций на самоопределение, вплоть до отделения. Ленин иногда изображал тезис о национальном самоопределении в виде простой формулы: “разъединение для объединения”. Вы только подумайте — разъединение для объединения. Это отдаёт даже парадоксом. А между тем эта “противоречивая” формула отражает ту жизненную правду марксовой диалектики, которая даёт большевикам возможность брать самые неприступные крепости в области национального вопроса.

То же самое нужно сказать о формуле насчёт национальной культуры: расцвет национальных культур (и языков) в период диктатуры пролетариата в одной стране в целях подготовки условий для отмирания и слияния их в одну общую социалистическую культуру (и в один общий язык) в период победы социализма во всём мире.

Кто не понял этого своеобразия и “противоречивости” нашего переходного времени, кто не понял этой диалектики исторических процессов, тот погиб для марксизма (большевизма).

Нетрудно понять, что этот уклон (к великорусскому шовинизму) отражает стремление отживающих классов господствовавшей ранее великорусской нации вернуть себе утраченные привилегии.

Отсюда опасность великорусского шовинизма, как главная опасность в партии в области национального вопроса.

Политические декларации и юридически прописанные нормы и процедуры в отношении гарантий равенства прав граждан вне зависимости от национальной принадлежности, вероисповедания и т.п. сами по себе не влекут за собой гармонизации национальных и конфессиональных взаимоотношений и не порождают ни благоденствия всех членов «мультикультурного» общества, ни взаимной «толерантности» представителей различных культур и субкультур, поскольку никак не изменяют исторически сложившихся глубинных основ личностной и коллективной психики.

И потому перед Россией, как и перед всеми другими государствами планеты (включая и Израиль), стоит проблема не “гармонизации национальных взаимоотношений на основе культа всевозможной «толерантности» в неком идеально толпо-«элитарном» «мультикультурном» обществе”, а проблема искоренения эксплуатации «человека человеком» и ликвидации системы угнетения страны в целом и её народов идейным интернацизмом и его разнородными пособниками и проводниками.

         Только в случае разрешения этой проблемы национальные взаимоотношения «сами собой» гармонизируются с течением времени в ходе развития культуры: культуры — «социалистической по содержанию и многонациональной по форме» (если пользоваться сталинской терминологией в том смысле, как значение этих терминов было раскрыто ранее в разделе 3.3).

           Благостных альтернатив этому нет.

Рецепт разрешения этой проблематики в глобальных масштабах был высказан в СССР ещё в 1968 г. Повествуя о светлом будущем Земли в философско-социологическом романе «Час быка», И.А. Ефремов пишет как об уже достигнутом нашими потомками результате: «Очистка ноосферы от лжи, садизма, маниакально-злобных идей стоила огромных трудов человечеству Земли».

Культура — это вся информация и алгоритмика, которая в популяции соответствующего биологического вида не передаётся от поколения к поколению в готовом к употреблению виде на основе генетического механизма биологического вида (т.е. не передаётся «автоматически-биологически», а воспроизводится в преемственности поколений преимущественно на основе общения особей биологического вида).

Личностная культура — это часть культуры общества, воспринятая индивидом в свою психику, плюс к тому — его собственные наработки, которые могут пополнить культуру общества: таковы взаимосвязи личностной культуры и культуры общества.

         Культура развивается только в результате личностного творчества людей, направленного на освоение и развитие творческого потенциала общества, освоение и переосмысление культурного наследия предков и других народов; а деградирует — как в результате личностной деградации людей и утраты ими творческого потенциала, так и в результате извращённого применения творческого потенциала.

Иначе говоря, культура не развивается и не деградирует «сама собой», а только в результате деятельности и бездеятельности людей — отчасти осознанно целенаправленной, а отчасти бессознательно «автоматической».

Чтобы людей можно было эксплуатировать, они предварительно должны быть угнетены, иначе говоря, должны быть созданы условия, в которых:

  1. Врождённый потенциал личностного развития угнетаемых был бы пониженным в сопоставлении с потенциалом личностного развития угнетателей.
  2. Люди не могли бы реализовать свой потенциал развития.
  3. Люди не могли бы освоить знания и навыки (в том числе и вследствие воздействия факторов 1 и 2), позволяющие им войти в сферу управления, чтобы заменить злоупотребляющих разнородной властью управленцев.

Ликвидация системы предварительного угнетения и извращения личностного развития. Это, а не что-либо ещё необходимо для обеспечения всестороннего и полного личностного развития всех, т.е. необходимо для достижения к началу юности показателей, названных ранее: человечного типа строя психики, выработки эффективной личностной культуры познания и творчества, мозаичного богоначального мировоззрения и миропонимания триединства материи-информации-меры.

Понять, в чём суть греха гордыни и в чём различие типов строя психики, и после этого — приложить осмысленно-волевые усилия к тому, чтобы достичь необратимо человечного типа строя психики и далее продолжать жить на его основе, помогая другим тоже перейти к необратимо человечному типу строя психики (Царствие Божие — только благовествуется, но каждый входит в него — в жизнь в соборности — только в результате его собственных осмысленных действий)

Вследствие своей иллюзорности упования на такого рода чудесное преображение государственной и бизнес-власти вредоносны, поскольку поддерживают устойчивое развитие тех тенденций, которые в условиях господства этих иллюзий при безучастности большинства к тому, что делает «власть», ведут страну к очередной в её истории катастрофе

Соответственно модернизация страны, её дальнейшее инновационное развитие и социолого-экономическое образование криптоколониального характера — явления не совместимые.

Все разрушения империй, государств и других политических организаций происходят через утерю справедливости, ибо праведность много существеннее вооружённых сил.

Суть достоинства Человека состоявшегося — едина для всех рождённых в нашем биологическом виде, она — неотмирна, в том смысле, что предопределена Богом для всех. А национальные и конфессионально обусловленные культуры — достояние этого мира, изначально обусловленные физико-географическими параметрами этногенеза и в последующем обусловленные реальной историей развития культурно-своеобразных обществ.

Национальные и конфессиональные взаимоотношения — тоже достояние этого мира. Но в их характере (в гармонии либо дисгармонии, в конфликтах, подчас не на жизнь, а на смерть) выражается та или иная мера реализации и нереализованности в жизни той неотмирной, предопределённой Богом сути Человека состоявшегося. Иначе говоря, национальные и конфессиональные взаимоотношения, какими бы они ни были, — следствия структурно-психологических и информационно-алгоритмических трансформаций психики представителей разных национальных и конфессионально обусловленных культур. Но коли они — следствия, то гармонизация следствий требует работы с причинами, и решения задачи на уровне причин.

А причины — едины для представителей всех национальных и конфессионально обусловленных культур.

Поэтому, только если в работе с причинами достичь успеха, произойдёт гармонизация следствий, т.е. в национальных и конфессиональных взаимоотношениях воцарится лад. Цивилизация интегрируется в Природную среду, а в обществе исчезнет не только системно организованный паразитизм (эксплуатация «человека человеком»), но исчезнет и «флуктуационный» — несистемный, эпизодический паразитизм людей на труде и жизни других и паразитизм индивидов на Природной среде. И тогда именно в этом процессе гармонизации причин:

СССР возродится. Возродится в чистоте воплощённых идеалов Справедливости. И станет величайшей страной в мире потому, что Справедливость притягательна, а Божий Промысел неотвратим…».

На это предложение по вопросу «Разрешение проблем национальных взаимоотношений в русле КОБ» обычным среднестатистическим был бы ответ «мечтать не вредно». Скажем: мечтать полезно, - то, как практически осуществить мечту?

Есть два вида мотивации, средствами угрозы «кнута» или поощрения «пряника».

На практике приоритет отдаётся более эффективным оперативным мерам по исправлению выявленных и общеизвестных ошибок совершённых в прошлом под воздействием распознанных угроз негативных факторов и, не допущению таких ошибок в будущем для предсказуемо устойчивого перспективного развития в светлую мечту.

Благие намерения – предложение Федерального агентства по делам национальностей (ФАДН, 17.01.2018.) новых образовательных стандартов Минобнауки формирования культуры межэтнических отношений – необходимы, но не достаточны, как полумеры, (импульс принимаемых мер должен быть достаточным: по темпу и массовости), без практической реабилитации, исправления прежних незаконных и преступных мер, они не приведут к желанным результатам: «И тогда через определенный промежуток времени мы увидим, как наши дети, с одной стороны, будут спокойно и доброжелательно относиться ко всем национальностям, проживающим в нашей стране, а с другой стороны, темы межнациональных конфликтов просто уйдут на периферию общественного сознания», – это будет маскировкой злого умысла против народов, только усугубят отношения.

И в то же время плевок в добровольные межнациональные отношения, как отношение оглашаемое от имени русских к нерусским, – с пренебрежением и недоверием к нерусским народам В. Жириновский заявляет: «Здесь шутить нельзя… Будет национальное компактное государство, один-два миллиона (населения). Останется найти знакомых в НАТО, в Евросоюзе и Америке, и они скажут: мы поддержим, провозглашайте независимость, как это произошло в 1991 году. Не надо шутить, 100 лет шутим с национальным вопросом. Никаких республик! Единое централизованное русское государство». – Что будет следствием? – Такое простое решение в «межнациональных» отношениях: нет наций, нет ни дружбы, ни национализма, якобы и нет проблем. – Как подтверждение ответа С.В. Кириенко на вопрос о федеративном устройстве, что государство Россия строится не на договорном принципе. Как бы диктатура шовинизма «элиты» над толпой (коренных народов и русских в т.ч.) осуществляемая под маской иллюзорной концепции стратегического развития, отметая правовые требования как помехи и национализм. Республики субъекты федерации с определённым умыслом для сокрытия их автономного национального характера объявляются многонациональными, т.е. безнациональными, без коренных народов. Для формирования привычки так часто Крым объявляют многонациональным, якобы часть многообразнее целого – более чем в целом Российская Федерация. Федерация состоит из союза свободных равноправных народов, а империю составляют – господствующий народ и порабощённые им угнетаемые народы. Всех манкуртизировав, в т.ч. и русских, о каком «русском» государстве говорит возомнивший себя новым бароном толпо-«элитарной» империи? Татары, например, в Евразии у себя Дома. Кто от кого и как в 1991 г. отделился, всем известно. По мнению А. Панарина, в 1991 году поверив предложенной европейцами идее построения общеевропейского дома, но только без азиатов, Беловежским предательским соглашением лидеров русских, украинцев и белорусов расчленили Союз ССР, проявив свою неспособность к объединению народов. А спустя некоторое время, стали хлопотать о создании уже относительно ущербного узкого «союза славянских государств». Теперь каждое государство в отдельности, и все вместе без достаточно прочных связей в сферах безопасности, политики, экономики, культуры представляются в глобальном масштабе сравнительно слабыми, аморфными и с невнятным вектором движения, проявляют друг к другу недоверие и подозрительность. Несправедливость в отношении народов вынуждает их в поиске причин обращаться к своей исторической памяти и связывать настоящие несправедливости с прошлыми в единый процесс как продолжение беды имперской политики времён Очаковских и покоренья Крыма, европеизации-«цивилизации» народов Татарии, Поволжья, Крыма, Кавказа, Сибири, Азии, Приморья (Ю.Б. Османов «Исторические справки», http://ndkt.org/ru/), их освоение – изгнав и выселив коренные народы в спецпоселения и отдав их Дом на разграбление «лучшей породе» (по Екатерине II) русских и украинцев (1954), переименовав селения и пометив пространство (в т.ч. п-ов Крым) распятиями символами, как бродячий пёс (образ С. Медведева «Парк Крымского периода»)? «…Такое происходит лишь тогда, когда переименования обусловливаются внешнеполитическими причинами, желанием сохранить или изменить государственные границы, а также ярко выраженным стремлением подчеркнуть национальную или цивилизационную принадлежность объектов номинации». (https://regnum.ru/news/polit/2366864.html).

«Тотальное переименование населённых пунктов, улиц и объектов застройки, районов Крыма и даже географических названий, последовавших сразу после депортации крымскотатарского народа, является не только фактом и свидетельством политики геноцида в отношении коренного народа, но и убедительным доказательством и демонстрацией стратегического замысла этой преступной операции, – инсценировать историческую «бесхозность» Крыма и таким образом расчистить путь для непрерывной цепи перекройки геополитической карты. Крым, сохраняющий своё историческое лицо, частью которого является топонимика, бесспорно приуроченная к языку, представлениям, культуре и всей истории крымскотатарского народа, столь же неоспоримо и весомо оставался частью истории и геополитического пространства, складывающегося на протяжении веков этой истории. Карательная топонимика является диверсионным карательным троянским конём иноземных кровей в нашем историческом геополитическом пространстве, как бы благозвучно ни звучали понятные термины карательной процедуры: «Счастливое», «Земляничное», «Козлово» и так далее.

Сохранение в силе карательной топонимики является самым убедительным свидетельством и демонстрацией того, что замысел 1944 года не отброшен и планы перекройки суммарной геополитической карты остаются в силе». (100. 19930620 Восстановить историческую топонимику Крыма, док. из книги Ю.Б. Османов «Почему Крым – историческая родина крымских татар?», http://ndkt.org/ru/).

Депутат Государственной Думы и кандидат на должность в Президенты Российской Федерации В. Жириновский считает шуткой раскрепощение народов от оков империализма согласно Декларации прав народов России (02.11.1917.) – политики добровольного и честного союза народов России, и взамен предлагает возврат в средневековье в режим «тюрьмы народов». А Украина по секретному контракту (с 1954 по 2014 гг.) в отношении Крыма и крымских татар была «надзирателем». СССР разрушился от разрухи в головах руководства, утери идеалов Справедливости, сползания к шовинизму, идее угнетения народов русской православной империей. В национальной политике следуя опасным советам представителей диаспоры, пересаливающих по части истинно русского настроения до крайностей великорусского шовинизма с деградационно-паразитической потребностью (как в животном мире: жук-ламехуза в муравейнике, однако паразитизм неприемлем в человеческой цивилизации) пожирать нерусские (да и русский также) народы. Как В. Жириновский народы Российской Федерации посчитал низшими народами: не по человеконенавистнической ли расовой теории в национальной политике они сведены в ничтожество, не достойных прав народов на самоопределение? История знает, что за такими грубыми стратегическими ошибками, когда сон разума рождает чудовищ, – следуют международные трибуналы, катастрофы (как бы «революции»). Нормальный процесс развития идёт путём эволюции – последовательного ряда контролируемых мелкомасштабных революций.

О критике шовинизма и национализма (том 230, июнь 1988 г., «Тезисы Национального движения крымских татар (НДКТ) по национальному вопросу» в связи с Пленумом ЦК КПСС по национальному вопросу): «6. Национализм – есть историческое, политическое и идеологическое следствие шовинизма, а не наоборот. Как политическая сила без шовинизма он маловероятен, шовинизм может возникнуть и, как правило, возникает без относительно того, есть национализм или нет, и может развиваться и бесчинствовать и грабить, вовсе не порождая национализм. Что и имеет место в национальном вопросе крымских татар (НВКТ), что крымскотатарский народ выполняет свой интернациональный долг по разгрому контрреволюционного эксперимента шовинизма. Сталинизм в национальном вопросе начался и начинается с передёргивания этой истины. Постановка в п.7 Тезисов ЦК КПСС национализма на первое место ошибочно теоретически, противоречит марксизму, мировому и всему опыту национальных отношений в СССР. Она способна только активизировать почву для национализма». Национализм это реакция малых и слабых народов на национализм от имени русского большинства в форме требований привилегий себе за счёт других народов, т.е. на шовинизм. Репрессированные и ущемлённые в правах народы могут аргументировано обосновать свои требования о восстановлении своих прав к шовинизму – преступной национальной политике. Ответа два: или адекватные законодательные и правительственные меры по восстановлению незаконно попранных прав; или продолжение преступной национальной политики, дезинформация-ложь СМИ и политиками-шовинистами навешивание ярлыков: «националисты», «автономисты», «экстремисты», «русофобы» и т.д.

Политики в СМИ часто эмоционально употребляют слово «фобия»-ненависть, экстремально противоположное и отрицание слова «филия»-любовь. Фобии: «великорусский шовинизм», «русофобия» и также «антисемитизм» – стряпня А.Розенберга, – отрава-дезинформация, – большая беда человечеству. Следствия межнациональных отношений как отрицательные явления – фобии, против народов «шовинизм» – это «человекофобия», часто не утруждая себя расследованием причин «межнациональных» («русско»-нерусских) неравноправных отношений. – «Что за любым межнациональным конфликтом стоит или угнетение одной нацией другой, или же есть третья нация, угнетающая обе враждующие и потому стравливающая их» (КОБ).

Великорусский шовинизм – главная угроза многонациональному государству, известная из исторического опыта проводимой Наркомнацем И. Сталиным национальной политики «человекофобии». Она на практике осуществлялась народоубийственной политикой против нерусских народов, и в том числе под предлогом как бы мотивом мести за мифическое т.н. «татаро-монгольское иго» и ещё что-то, хотя исторически самоуправляемые русские княжества не были оккупированными. Под лозунгом борьбы с «пантюркизмом» и «панисламизмом» жестоко преследовались тюрко-мусульманские народы, уловив критический удобный исторический момент, осуществлён разгром автономных республик, захват территорий коренных народов и насильственное выселение их на погибель в кровавый режим спецпоселения, где погибло около половины нации. Так историю нерусских народов, их естественноисторическую линию развития насильственно повернули на катастрофическую траекторию (периодически, разрабатывая национально-удушающие теории и законы, конкретными импульсами ускоряют крутизну падения траектории) деградации народов по всем признакам характеризующих нацию: язык и культура, ментальность и мировоззрение, территория и экономика. Последствия бандитского акта, длящегося почти вечно «холокоста-1944», и сегодня не преодолены. Один пример, политика крымской администрации «русской общины» против репрессируемых крымских татар, именуемых независимыми СМИ «самозахватчиками» взамен старым ярлыкам «предатели» или «выродки предателей» и т.п., чтобы не жалко было татар и для подъёма «патриотического» духа. По ТВ рекламный лозунг: «Крым – русская земля». (См.: «Участники земельных акций призвали не допустить сноса домов и мечети» 11.01.2018, «Крымские татары будут голодать до встречи с Путиным» 06.02.2018, «Крымские татары объявили массовую голодовку до встречи с Президентом» 05.02.2018, «На Стрелковой сносятся дома крымских татар» 02.02.2018, и т.д. по сайту http://milli-firka.org/). – Пока ещё не восстановлена целостность, равноправие и суверенность крымскотатарского народа у себя на родине в Крыму. Так уничтожая достоинство человека, его сущность, культуру и историческую память насильственными кровавыми аргументами, форсировано осуществлялось Сталиным уничтожение нерусских народов. Так субъективно, якобы с целью не только уничтожения раздробленности на мелкие государства, не только сближения наций, но и слияния их в унитарное вненациональное государство. Но это очень упрощённая бездушная механистическая модель, состоящей из «человечков»-винтиков. В такой модели нет естественноисторических национальных и культурных особенностей и человеческих отношений, это человеконенавистническая сатанинская толпо-«элитарная» модель, противоречащая Божьему Промыслу, и главному принципу устройства взаимоотношений человечества, основы для международного права: «О люди! Воистину, Мы создали вас мужчинами и женщинами, сделали вас <разными> народами и племенами, чтобы вы узнали друг друга (А не для того, чтобы каждый из вас презирал других). Ведь самый уважаемый Богом среди вас тот, кто самый праведный. Поистине, Бог знающий, сведущий!» (Коран, 49:13). В живой социальной суперсистеме нет крайностей: как «абсолютного порядка» неживой природы, так и полной неопределённости хаоса, – оптимальное соотношение единства и разнообразия, жёстких консервативных принципов сохранения и гибких принципов изменения эмпирически определёно как мера ≈ 80/20.

В современном мире в объективном процессе глобализации больше шансов на независимость и достойную жизнь имеют великие развитые державы. Мощь государства зависит от достаточной обороноспособности, великой численности населения, суверенной экономики с максимальной занятостью людей в производстве материальной и интеллектуальной продукции с высшей в мире производительностью труда. Увеличив массу населения и частоту обновления технологий, информации, положительных социальных процессов – повышением образования, духовного и материального благосостояния каждого члена общества, то, следовательно, прямо пропорционально увеличится научно-техническая и экономическая мощь всего государства, – это определит возможность обеспечения достойного равноправного сотрудничества в глобальном мире.

В идее жизни-движения гармоничное балансирование принципов сохранения и изменения, интегрирования и дифференцирования. Что должно сохраниться, а что может (должно) измениться? Исторический факт – многообразие языков, их эволюционное развитие во времени и пространстве (географии), то есть язык живой, изменяется, развивается. То же относится к религии, многие народы были сначала язычниками, затем принимали монотеистическую веру, и далее под влиянием науки мировоззрение и средства описания и передачи информации усложняются, развиваются в стремлении к идеалу (лучшей мере) непрерывно. Учёные говорят: «Бог создал человека, а человек – религии». Например, у греков сначала было многобожье, затем они стали христианами, татары-тюрки веровали Тенгри (Тангры), позже стали мусульманами. Но язык и вера из их естественно существующего множества отдельные (в т.ч. русский или украинский и православие) не должны быть навязываемы всем другим народам насильственно, православно-имперской политикой, вопреки гарантии свободы Совести и вероисповедания, у человека всегда должен быть выбор различением наилучшего из возможного для прогрессивного развития. Сохраняться должны непременно: естественноисторически сложившиеся Народы; в должной мере Экологические условия среды обитания человечества; Информационная, Экономическая и Оборонная безопасность; Правовые условия, принятые международно-правовые нормы: обеспечиваться права человека, права народов, права национальных меньшинств-диаспор; В отношении народов-наций, особенно малых народов, государством должна обеспечиваться навечная неотчуждаемость компактного материнского ядра нации от её национальной территории, неделимость прав ядра нации в границах её национальной территории (Ю.Б. Османов, «Концепция национальной политики, прав и отношений в Крыму», http://ndkt.org/proekt-kontseptsii-natsionalnoy-politiki-prav-i-otnosheniy-v-krymu.html). Российская Федерация должна сохраниться и наилучшим образом развиваться в мире и дружбе между народами, вырабатывая и предлагая передовую информационную культуру, экологически безопасные и прогрессивные экономические программы, и социально справедливые нормативно-правовые условия жизнеречения. Справедливость и праведность (долго-действующая мягкая притягательная сила) существенная черта духа государства. Чтобы быть реально достойным партнёром в международных отношениях, перед Россией стоит насущная необходимость – инициирование образования добровольного союза народов, подобно представлениям И. Гаспринского – Евразийское тюрко-славянское соглашение.

Соблюдая незыблемым право народов на самоопределение, Ленин процесс "единения" народов видел в длительном интервале времени, сближения во взаимообогащении культур, в дружбе и взаимопомощи народов. – Так в многовековом процессе этногенеза сформировался народ в Крыму – крымцы – крымскотатарский народ-нация, в его сложнейшем антропологическом и культурном генотипе отражены многие его этнические составляющие: тавры, киммерийцы, скифы, печенеги, половцы, готы, греки, генуэзцы, и другие. Крымскотатарская нация естественноисторическим путём сложилась в Крыму и сформировала свою государственность – Крымское ханство, с которым в XV веке Московское государство заключило свой первый международный договор о дружбе и сотрудничестве. Русские, украинцы, немцы, греки, армяне, болгары пришли в Крым диаспорами – будучи уже русскими, украинцами, немцами, греками, армянами, болгарами на своей исторической родине, где они имеют свою государственность.

Восстановление национальной целостности, равноправия и суверенности крымскотатарского народа нужно чтобы восстановить справедливость, честь, истину, наконец, доброе имя тех народов, именем которых 18 мая 1944 года он растерзан и ограблен, нещадно эксплуатировался на высылке и аннексировалась Крымская АССР.

Первый зампред комитета Госдумы РФ по делам СНГ К. Затулин считает, что Россия проводит реабилитации репрессированных, то, стало быть, и к обсуждению решения 1954 года она тоже может вернуться и заявить на законодательном уровне, что она не признаёт решения о передаче Крыма Украине в 1954 году (нарушив конституции СССР, РСФСР, Крымской АССР). (https://regnum.ru/news/2367783.html). Реабилитировать – значит восстановить, всё как было, восстановить Крымскую Автономию Республику в преемственности Крымской АССР в составе Российской Федерации до 18 мая 1944 года.

Крымскотатарский народ не признаёт ни одного из ущемляющих его права законодательных актов в отношении Крыма и крымских татар периода от 1944 – … гг. Торжественно подтверждает историческую истину, что неоспоримым правом наследия национальной территории и её богатств наделён крымскотатарский народ, его молодёжь в любом её поколении как непреложный наследник достояния, истории и традиций своего народа-нации. (НДКТ, АКТ № 2, http://ndkt.org/o-zahvate-natsionalnoy-territorii-natsii-krymskih-tatar).

Содержанием национального вопроса крымских татар является восстановление естественного исторического и национального статуса народа. Никакого другого содержания он не имеет. Сущностью справедливого решения этого вопроса является:

1. Завершение организованного на основе государственных программ и международных договоров возвращения крымскотатарского народа на свою национальную родину – в Крым на основе суверенной воли каждого крымского татарина и членов его семьи, осознающих свою неотделимость от судьбы и жизни крымскотатарского народа с компактным заселением по всем местам исторического проживания в Крыму в режиме административно-хозяйственной, языковой и политико-правовой целостности.

2. Восстановление всего объёма прав и состояний крымскотатарского народа, его правосубъектности в Крыму и в системе интеграции Крыма, в окружающем геополитическом пространстве на основе равноправия, нормируемого одинаковым объёмом прав и возможностей их реализации на уровне личности независимо от её национальной принадлежности в соответствии с «Концепцией национальной политики, прав и отношений в Крыму», мира и согласия. Возвращения крымскотатарскому народу всего, что было захвачено, компенсация всего, что безвозвратно уничтожено, полная безотлагательная социально-политическая реабилитация крымскотатарского народа. И, в частности, восстановление полномочного представительства крымскотатарского народа во всех ветвях и структурах власти Республики Крым, преодолевая навязанный программой и санкциями геноцида с 1944 года «негосударственный статус» крымскотатарского народа и отвергая создаваемые под этот статус «параллельные», «догосударственные» структуры и институты.

3. Никакое действие или бездействие в рамках личной инициативы или в рамках деятельности объединений граждан на правах выражения воли крымскотатарского народа или выдаваемые в таком качестве, независимо от причин и обстоятельств, никакое действие или бездействие должностного лица в структурах государственной власти независимо от способа избрания, кооптации, назначения или выдвижения и независимо от уставных положений или вменённых обязанностей, если это лицо выступает от имени крымскотатарского народа и его интересов, или ему по должностной инструкции или распоряжению вменено играть в этом органе и структуре роль представителя крымскотатарского народа, – не свободно от соответствия требованиям и полномочиям, проистекающим из НАКАЗА крымскотатарского народа. В случае расхождения с этими требованиями, такой представитель, такое лицо утрачивает доверие народа независимо от того, стало это расхождение известным или оно замаскировано или засекречено, – автоматически, с момента совершения и фактом совершения такого действия или бездействия теряет полномочия крымскотатарского народа, а совершённое ими – правовую и моральную силу.

С 1965 года по настоящее время под НАКАЗОМ крымскотатарского народа собрано более 5 миллионов подписей крымских татар разных поколений и возрастов.

Данная редакция НАКАЗА принята и утверждена 52-й /Генеральной/ встречей представителей Национального движения крымских татар. НАКАЗ народа воплощён в нормативно-правовой акт Постановлением ВС СССР № 845-1 от 28 ноября 1989 года "О выводах и предложениях комиссии по проблемам крымскотатарского народа", разработанных Ю.Б. Османовым (Источник: http://ndkt.org/ru/).

Нормативно-правовые акты высшего органа государственной власти Верховного Совета СССР, поддержаны Правительством СССР, РСФСР, РФ и обязательны для исполнения (но не реализованы в результате саботажа лжевластием, в т.ч. Закон УССР «О восстановлении Крымской АССР», см. «Белая книга НДКТ» Ю. Османов, http://ndkt.org/):

Крымскотатарский народ требует справедливого и законного решения его национального вопроса исполнением законодательных нормативно-правовых актов:

  1. Декларация ВС СССР от 14.11.1989 № 772-1 «О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению и обеспечении их прав».
  2. Постановление ВС СССР от 28.11.1989 № 845-1 «О выводах и предложениях комиссии по проблемам крымскотатарского народа».
  3. Постановление ВС СССР от 07.03.1991 № 2013-1 «Об отмене законодательных актов в связи с Декларацией Верховного Совета СССР от 14 ноября 1989 года «О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению и обеспечении их прав».
  4. Закон РСФСР от 26.04.1991 № 1107-1 «О реабилитации репрессированных народов».
  5. Закон Российской Федерации от 18.10.1991 № 1761-1 «О реабилитации жертв политических репрессий».
  6. Соглашение стран СНГ по вопросам, связанным с восстановлением прав депортированных лиц, национальных меньшинств и народов, совершенное в городе Бишкеке 09.10.1992.

Многонациональной Российской Федерации необходимо отказаться от прежней злонравной концепции и свободно выбрать и объявить добронравный замысел своего жизнеустройства. В осуществление его проявить свою волю (добрую и устойчивую по предсказуемости). На планете Земля, при всём внешнем разнообразии взглядов на организацию жизни людей, всегда существовало только два замысла жизнеустройства – две концепции:

1. Замысел злонравия, замысел жизни вопреки Божьему Промыслу. — Концепция несправедливого жизнеустройства, мотивированная деградационно-паразитическими потребностями, удовлетворение которых осуществляется недоброй волей как в аспекте производства, так и в аспекте потребления наносит вред потребителям, окружающим, потомкам, производственному персоналу, природной среде, препятствует безопасному общественному развитию и прямо подрывает его. Осуществляется в толпо-«элитарном» строе имперской политикой закрепощения народов господством великорусского шовинизма, эксплуатации человека человеком. Эта стратегия – путь в катастрофу.

2. Замысел добронравия, жизни людей в ладу с Законами Вселенной, с Законами Природы, а также в ладу с тем, что всегда люди называли Богом, Божьим Промыслом. — Концепция справедливого жизнеустройства, мотивированная демографически обусловленными потребностями, удовлетворение которых осуществляется доброй волей как в аспекте производства, так и в аспекте потребления безопасно для потребителей, окружающих, потомков и природной среды, а также необходимо для безопасного общественного развития.

Comments:

Яндекс.Метрика